Человек в железной маске: триста лет поисков

24 февраля 2017 - Аника
Человек в железной маске: триста лет поисков

 «Вольтер в своём «Siecle de Louis XIV» (в 1760) первый сказал несколько слов о Железной Маске… Стали разыскивать, разгадывать, предполагать. Иные думали, что Железная Маска был граф de Vermandois, осуждённый на вечное заключение будто бы за пощёчину, им данную дофину (Людовику XIV). Другие видели в нём герцога де Бофор, сего феодального демагога, мятежного любимца черни парижской, пропавшего без вести во время осады Кандии в 1669… Сам Вольтер, опровергнув все сии мнения с ясностью критики, ему свойственной, романически думал или выдумал, что славный невольник был старший брат Людовика XIV, жертва честолюбия и политики жестокосердной… Взятие Бастилии в 1789 году и обнародование её архива ничего не могли открыть касательно таинственного затворника».

В тексте своей статьи «О Железной Маске», отрывок из которой мы привели, Александр Пушкин ссылается на капитальный труд Вольтера «Век Людовика XIV».

Философ-просветитель Франсуа-Мари Аруэ, известный нам под псевдонимом Вольтер, писал в этой книге (на самом деле она вышла в 1751 году): «Через несколько месяцев после смерти Мазарини произошло беспрецедентное событие. В замок на острове Святой Маргариты, расположенном близ Прованса, был отправлен неизвестный узник, ростом выше среднего, молодой, обладающий благороднейшей осанкой. В пути он носил маску со стальными задвижками на нижней ее части, которые позволяли ему есть, не снимая маски. Был отдан приказ убить его в случае, если он снимет маску. Он оставался на острове до того момента, пока доверенный офицер по имени Сен-Мар, губернатор Пинероля, приняв командование Бастилией, не отправился на остров Святой Маргариты и… не отвёз узника в Бастилию. Неизвестный был доставлен в Бастилию, где его устроили настолько хорошо, насколько это вообще было возможно в таком месте. Ему не отказывали ни в чём, что бы он ни попросил. Узник имел пристрастие к чрезвычайно тонкому белью и кружевам — и получал их. Играл часами на гитаре. Ему готовили самые изысканные блюда, и старый врач Бастилии, который лечил этого человека, имевшего своеобразные болезни, говорил, что никогда не видел его лица, хотя часто осматривал его тело и язык. По словам врача, узник был замечательно сложён, его кожа была немного смуглая, голос поражал уже только одними своими интонациями. Этот человек никогда не жаловался на свое состояние, ни разу и ничем не выдал своего происхождения. Неизвестный умер в 1703 году и был похоронен около приходской церкви Сен-Поль…»

Вслед за Вольтером, Пушкин приводит следующий эпизод из жизни безликого страдальца в тюрьме на острове Сент-Маргерит: «Однажды невольник начертал что-то ножом на серебряной тарелке и бросил её из окошка. Рыбак поднял тарелку на берегу моря и принёс её губернатору. Сей изумился. — Читал ли ты, что тут написано, — спросил он у рыбака, — и видел ли кто у тебя эту тарелку? — Я не умею читать, — отвечал рыбак, — и сейчас её нашёл, никто не видал. — Рыбака задержали, пока не удостоверились, что он в самом деле был безграмотный и что тарелки никто не видал».

Вольтер пишет, что он застал в живых последнего человека, который знал тайну Человека в Железной Маске — де Шамияра, бывшего министра Людовика XIV. Зять экс-министра, маршал де Ла Фейяд, на коленях умолял своего умирающего тестя открыть ему, кем был на самом деле тот, о ком идёт столько споров. Но верный слуга Короля-Солнце ответил, что это государственная тайна и он дал клятву никогда её не разглашать. С тем и умер… 

Занятная подробность. По последним данным историков, тюрьма на Сент-Маргерит не была первым местом заточения Маски: вначале загадочный узник занимал камеру в крепости Пинероль. Тамошним губернатором города был, по сообщению Вольтера, дворянин де Сен-Мар, бывший мушкетёр короля. Но он далеко не сразу «принял командование Бастилией», главной тюрьмой Парижа и всей Франции. Перед этим Сен-Мар был назначен… губернатором острова Сент-Маргерит! Ему-то и принёс рыбак ту самую тарелку, впоследствии бесследно пропавшую… Одиннадцать лет тюремщик и узник провели в одной крепости. А затем возможного однополчанина д’Артаньяна (в возрасте 72 лет!) действительно назначили комендантом Бастилии, куда Сен-Мар самолично доставил 19 сентября 1698 года человека в маске (в железной ли, узнаем позже). Там  где этот человек, в поистине королевских условиях, провёл пять лет, пока не умер. Что же за таинственная нить связывала секретного заключённого и де Сен-Мара? Об этом ничего не известно…

Версию о том, что  субъект в неснимаемой маске был братом-близнецом царствующего короля Людовика XIV, охотно принял на вооружение писатель Александр Дюма-отец. Она в наибольшей степени давала возможность расцветить приключениями очередной роман о мушкетёрах, «Десять лет спустя», — и, разумеется, сделать всю великолепную четвёрку участниками интриги вокруг «короля-два». Как мы помним, на короткое время удалось возвести королевского близнеца на престол не кому иному, как хитроумному Арамису, к тому времени уже монсиньору д’Эрбле, всесильному генералу ордена иезуитов; ну, а честный и простодушный бедняга Портос даже погиб,  сражаясь на стороне лже-монарха… Однако Дюма неоднократно признавался, что подлинная история для него — не более, чем гвоздь, на который он вешает картину своего повествования! Так что, невзирая на рекордное количество экранизаций «варианта Вольтера-Дюма», мы вынуждены сказать, что этот вариант — далеко не единственный и не самый достоверный…

Пушкин был не совсем прав. Первые сведения о таинственном узнике появились раньше, чем сообщение Вольтера,  в одной из книг, изданных в Амстердаме около 1746 года. Автор утверждал, что Железная Маска — это граф Вермандуа, внебрачный сын Людовика XIV и его возлюбленной Луизы Лавальер.  Вроде бы он и вправду дал пощёчину, правда, не монарху, а наследнику престола, и искупил эту вину вечным заключением. Но амстердамская версия критики не выдерживает, ибо реальный Луи де Бурбон, граф де Вермандуа, скончался ещё в 1683 году, в возрасте шестнадцати лет.

В Железные Маски иные исследователи «производили» некоего, прекрасного собой, камергера королевы Анны Австрийской, который-де был настоящим отцом Людовика XIV. Немало было и сторонников гипотезы о том, что под маской скрывался неистовый герцог Франсуа де Бофор, один из вождей дворянской революции — Фронды; но это предположение было  полностью опровергнуто...

Интересные сведения о Маске дал священник-иезуит отец Гриффэ, который в течение девяти лет был  духовником в Бастилии. Более того, — факты, которые в своих воспоминаниях приводит Гриффэ, пожалуй, единственно достоверны! Так, он был свидетелем прибытия узника с острова  Сент-Маргерит — и утверждает, что в тюрьму был доставлен  в носилках неизвестный узник с лицом, постоянно закрытым чёрной бархатной (а не железной!) маской. Согласно записям иезуита, этот заключённый  умер 19 ноября 1703 года. Вольтер, правда, утверждал, что знает больше, чем Гриффэ, — но. «как француз, должен молчать», дабы не бросить тень на Анну Австрийскую…

С другой стороны, — в 1885 году в Ланфе, среди старого железного лома, нашли маску, которая отлично подходила под описание Вольтера. Латинская надпись на маске вроде бы указывала на принадлежность последней секретному узнику. Так что и вопрос о материале личины остаётся открытым… 

В последующие годы и столетия — кого только не обнаруживали под железной (бархатной?) маской. Так, одно время любители сенсаций склонялись к тому, что в Бастилии томился знатнейший английский  вельможа Джон Вильерс, герцог Бекингем! Да-да, тот самый, о котором идёт речь в «Трёх мушкетёрах». Конечно, к нему вполне мог ревновать  Анну Австрийскую её муж, король Людовик ХIII, — со всеми вытекающими последствиями, вплоть до Бастилии… Но, во-первых, тогда речь никак не может идти о событиях 1690-х годов;  а во-вторых, каждому серьёзному историку известно, что сей фаворит короля Джеймса I был убит 23 августа 1628 года в Портсмуте религиозным фанатиком Джоном Фелтоном. Герцог же Бекингем Второй, сын возможного любовника Анны (не от неё, конечно, а от законной жены, леди Кэтрин), к Франции не имел вообще никакого отношения — и благополучно скончался в Британии, в своём поместье, в году 1687-м; это также подтверждено документами…

И всё же чаще всего на протяжении трёх столетий, как наиболее возможную мать загадочной  Маски, поминают злосчастную королеву Анну. Разумеется, здесь опять фигурирует Бекингем Первый, но уже как отец сводного брата Людовика XIV, якобы и спрятанного под маску. Предполагали также, что Анна изменяла  Людовику XIII с принцем Конде… Был и такой затейливый вымысел: мол-де, после смерти мужа, Анна  прижила будущего узника Бастилии ни с кем иным, как с кардиналом Мазарини! Покрыли, так сказать, грех…

В конце восемнадцатого века появилось предположение, не опровергнутое и до сих пор. Человеком в Железной (Бархатной?) Маске был «назначен» некий граф Эрколе Антонио Маттиоли, министр герцога Карла-Фердинанда Мантуанского. Этот самый Маттиоли обещал Людовику XIV, что он убедит своего сюзерена отдать Франции пограничную крепость Казале; за это мантуанец получил сто тысяч скуди и дорогие подарки, но затем, пожадничав, выдал, за вознаграждение,   тайну своего договора с королём дипломатам других стран. Чтобы отомстить двурушнику, французское правительство заманило его на свою территорию — и уже не выпустило… Добавочным доказательством того, что маску носил именно хитрый итальянец, служит такой факт: в списках Бастилии узник числился под фамилией Марчиали. Интересно, что об этом упоминает и Дюма.

Есть и другие подтверждения «кандидатуры» графа Маттиоли. Мадам  Кампан, горничная  Марии Антуанетты, говорила, что Людовик XVI однажды поведал королеве:  мол-де, Человек в Маске был «заключённым, внушающим опасения своей склонностью к интригам; подданным герцога Мантуи». Из других источников  известно, что предыдущий монарх,  Людовик XV, сказал своей фаворитке, мадам Помпадур: «Это был один из министров итальянского принца»… Однако имеется и множество обоснованных сомнений в том, что маску носил именно мантуанский министр.

Следующими «кандидатами» становились: французский генерал Вивьен де Бюлонд, позорно проигравший битву во время Девятилетней войны (1688-1697) между Францией и Англией; Армуаз, дворянин из Лотарингии, составивший заговор против Короля-Солнце (поразительно то, что с родом Армуаз связывают происхождение Жанны д’Арк!); также помянутый у Дюма опальный министр Людовика XIV Николя Фуке; англичанин Джеймс Скотт,  герцог Монмутский, который восстал против короля Джеймса II; спасшийся от казни король Англии Чарлз I; мальтийский рыцарь де Бретель, ещё один лидер Фронды кардинал де Ретц… и даже драматург Мольер, о котором точно известно, что он  ушёл из жизни на сцене, играя роль Аргана в своей пьесе «Мнимый больной»! Все эти варианты были рано или поздно отвергнуты.

Неожиданное решение загадки предложил в 1963 году французский историк Шарль Бенекрут:  Железная Маска — это… кардинал Мазарини! Многовато власти взял на себя служитель Божий, и пришлось молодому Королю-Солнце обуздать его самым жестоким образом… В подтверждение  своей странной гипотезы, Бенекрут рассказывает о том, что-де с одного из островов Полинезии моряки привезли  во Францию юного туземца-альбиноса, по странной случайности невероятно похожего на первого министра королевства! И вот, мол, дикарь, обученный определённым словам и жестам, на приёмах и официальных церемониях занял место Джулио Раймондо Маццарино, называемого здесь Жюлем Мазарини… а сам прелат под маской отправился за решётку. Что ж! Экзотично, но не более…

Впрочем, экзотика в мифах о Маске этим не ограничивается… Помните у Алексея Толстого, в романе «Пётр Первый»? «Царя Петра в немецкой земле подменили…»  Так кричали на площадях Москвы фанатичные старообрядцы, испуганные петровскими реформами. А спустя пару сотен лет в ту же чепуху поверили вроде бы серьёзные люди — и стали писать о том, что настоящий царь Пётр I из своего «Великого посольства» в Европу отправился прямо «на нары», во французскую тюрьму, а  трон  России вместо него занял самозванец.

В 1976 году советский исследователь Юрий Татаринов  высказал предположение о том, что под маской скрывался не один, а, поочерёдно, несколько человек: сначала экс-министр Фуке, затем граф Маттиоли и, наконец,  Эсташ Доже.

Исследователь Морис Дювивье идентифицирует это лицо  с неким Эсташем д'Оже де Кавуа, который ещё ребёнком играл  с Людовиком XIV. Именно последнее обстоятельство стало причиной того, что король не отдал его в лапы правосудия, а лично приговорил к пожизненному заключению. Но за какую вину?.. Это тоже  до сих пор остаётся загадкой… как, в конце концов, и личность самого знаменитого узника в истории!

 

Андрей Дмитрук

Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!